В течение 15 лет, будучи руководителем международных продаж Studio Ghibli, Стив Альперт видел вплотную работу в Ghibli. И похоже, все не так радужно. В своих мемуарах «Каково делить крышу с бесконечным человеком: 15 лет в студии Ghibli» он описывает методы знаменитого аниматора.

Ниже приведен эксклюзивный отрывок из книги, опубликованный Kotaku, переведенный с японского на английский. Мы перевели его на русский.

«Способы создания фильмов Хаяо Миядзаки со стороны могут показаться напряженными и сложными, именно такими они и являются. Он часто говорил, что человек делает свою лучшую работу только тогда, когда сталкивается с реальной возможностью неудачи и ее реальными последствиями.

Несколько раз после завершения новой работы Миядзаки предлагал закрыть студию и уволить весь персонал. Он думал, что это даст аниматорам ощущение последствий провала и сделает их лучшими и опытными художниками. А если фильм окажется отличным, то их, возможно, наймут снова. Никто никогда не был точно уверен, шутит он или нет.

Когда Миядзаки заканчивал работу над одним фильмом, автор предпочитал никогда больше не думать о нем. Точка. Больше он ничего не мог сделать, чтобы улучшить или изменить его. Он всегда хотел двигаться вперед, погружаясь в мысли о новой картине.

Чтобы начать создавать что-то новое, Миядзаки представлял изображения, пропуская идеи через свое воображение, и запечатлевая идеи в рисунках или акварельных набросках. Часто у него были планы для двух или трех новых фильмов одновременно. Он собирал все наброски, которые нарисовал, начинал совершенствовать их, и разрабатывал отдельные сюжетные линии, чтобы работать с ними.

Когда у него была идея для новой картины, он консультировался со своим продюсером Тошио Судзуки, и они обсуждали возможности студии. Тот одобрял идею, и они рассказывали о ней другим сотрудникам студии. Они слушали ее, с энтузиазмом одобряли и наполнялись вдохновением. А уже через неделю идея была выкинута в мусор, взамен на совершенно другую, которая пришла главе Ghibli в голову.

В итоге студия все же останавливалась на одной конкретной задумке, а Миядзаки показывал более подробные рисунки. Другие художники начинали создавать концепт-арты для фильма. Решение формально принято, все больше аниматоров начинало рисовать, придумывать фоны, отдельные концепции и локации. Один или два из самых лучших рисунков Миядзаки будут выбраны, чтобы использовать их для анонса новой картины. Начнется процесс создания, и почти через два года появится фильм. Как только состоится официальный анонс, места в крупных кинотеатрах, в которых покажут ленту, будут зарезервированы почти за два года.

Сейчас это стало нормой. Репутация Хаяо Миядзаки в Японии такова, что как только фильм был анонсирован, каждый кинотеатр в Японии уже хочет показать его.

Почти всегда анонс происходил в декабре. Конец года всегда был хорошим временем в Японии, чтобы привлечь внимание зрителей. Фильм будет показан в кинотеатрах в середине июля два года спустя. Это лучшее время для показа фильма в Японии, потому что каждая школа в стране закрыта на каникулы.

Умение Миядзаки начинать создавать и заканчивать фильмы по конкретному графику, было тем, что сделало такое планирование возможным. Но сам процесс никогда не был легким или таким конкретным. Миядзаки считал, что аниматоры всегда должны работать под прицелом аудиторий. Студия только однажды пропустила июльский срок, и были смягчающие обстоятельства, не зависящие от ее директора.

На ранних этапах производственного процесса все идет более или менее плавно и легко. Миядзаки рисует раскадровки для своих фильмов, которые в Ghibli называют эконте. Эконте— это комбинация раскадровки и сценария, который служил в качестве плана, на основе него и создается картина.

Миядзаки обычно делил эконте на пять частей: A, B, C, D и E. Каждая часть составляет примерно 20% от ожидаемого хронометража фильма.

Во время анонса в голове у Миядзаки обычно была полностью готова часть A и большая часть B. Изображения в части А будут с любовью и осторожностью прорисованы до малейших деталей. В его более поздних фильмах, когда он знал, что эконте всех работ будут позже выставлены в музее Ghibli, он аккуратно вырисовывал их акварелью. Рисунок в части B также делался размеренно и долго.

Как только Миядзаки начнет рисовать часть C, фильм уходит в полноценное производство. Художники по созданию фонов и композиторы начинали работу, а аниматоры принимались приводить все в движение.

После того как Миядзаки заканчивал писать, он начинал просматривать работы аниматоров. К тому времени, когда Миядзаки брался за часть D, у него появлялись сомнения относительно пятой части, и сможет ли фильм вместить в себя всю историю. Обычно он понятия не имел, чем закончится фильм. У него могут быть конкурирующие идеи, чем все закончиться, и он всегда не может решить. Или он вообще ни имеет и малейшего представления. Аниматоры наверстывают упущенное в части D, и процесс становится более кропотливым.

Чувство надвигающегося кризиса начинает медленно, но уверенно пронизывать всю студию. Миядзаки перестает писать эконте, занимаясь вещами, не связанными с фильмом. Он все бросает и уходит рубить дрова для чугунной печи в студии. Кто-то рассказывает об этом Судзуки, который приезжает и пытается заставить его прекратить рубить дрова и вернуться к работе.

Часть E так и не сделана, вся студия переполнена атмосферой большого стресса. Кинотеатры забронированы, зрители наблюдают за каждым шагом. Производство отстает от графика. Никто не знает, чем кончится фильм.

И тогда, случается прорыв. Часть E появляется. После короткого периода радости и вдохновения среди аниматоров, начинается нарушение трудовых законов Японии и сотрудники работают такое количество часов, чтобы закончить фильм, что это является незаконным.

Когда аниматорам говорили идти домой и немного поспать, они либо делали вид, что уходят, и возвращаются к своим столам, либо просто отказываются. Отдел поддержки, как и аниматоры, проводил за работой намного больше времени, даже несмотря на то, что у них было меньше работы над фильмом. Речь шла как о солидарности с вашими коллегами, которые должны были перерабатывать, так и о негласном кодексе традиционного для Японии давления со стороны коллег: «Если все остальные работают, вы тоже обязаны, даже если у вас нет работы».

Таков процесс создания фильма от Хаяо Миядзаки. Когда фильм был выпущен, он путешествовал по всей Японии, чтобы встретиться с владельцами кинотеатров и прессой на местах. Его фильм был закончен, он был свободен, и возможность увидеть всю Японию была чем-то, что он очень любил. Затем он взял отпуск на месяц и вместе со своей семьей уединился в своем небольшом доме в горах. Вскоре он уже думал о следующем фильме, и все начиналось заново.

И хоть Миядзаки имеет репутацию сурового руководителя, раньше он был более мягкосердечным и даже принимал гостей.

В течение долгого времени в Ghibli, даже после успеха Принцессы Мононоке, любой мог просто подняться наверх и встать перед Хаяо Миядзаки, чтобы понаблюдать за его работой. Он сидел в крошечном уголке области аниматоров за одним из многочисленных столов, который во всех отношениях был идентичен столу любого другого аниматора в комнате. Иногда он останавливался, вставал, пожимал руку и даже болтал с посетителем [если у него было настроение].

С повышенной мерой безопасности в студии это уже давно не так, но служит отличным напоминанием, какой расслабленной могла быть работа в студии с таким давлением как Ghibli.

Полностью книга «Каково делить крышу с бесконечным человеком: 15 лет в студии Ghibli» выйдет 16 июня этого года.